В дискуссии приняли участие Игорь Соболев, первый заместитель генерального директора Президентского фонда культурных инициатив, Эльвира Гарифулина, кандидат социологических наук, доцент кафедры юридической психологии и права факультета юридической психологии МГППУ, Мария Певная, заведующая кафедрой социологии и технологий государственного и муниципального управления УрФУ, Артём Шадрин, советник генерального директора Национального агентства развития квалификаций, и Валерий Федоров, генеральный директор ВЦИОМ. Модератором выступила Наталья Сергиевская, генеральный директор Фонда «Будущее время».
Готовы ли социологи к оценке социокультурных проектов?
Наталья Сергиевская обратилась к Марии Певной с вопросом о том, готовы ли социологи включаться в оценку социокультурных проектов и хватает ли сегодня инструментария для такой работы.
Мария Певная ответила, что «социологи разные», поэтому говорить за всех невозможно. Она обозначила позицию Уральской школы социологии и коллег, с которыми взаимодействует через Российское общество социологов. Если государственная культурная политика задаёт движение «сверху», то исследователи, работающие с региональными проектами, идут «снизу»: от конкретных организаций, лидеров и практик.
По её словам, в этой сфере пока нет единого алгоритма и единого стандарта: «исследование всё-таки — это творчество». Успех общего дела она связала с партнёрством, сотрудничеством, междисциплинарностью, консультированием, сопровождением и постоянным обучением сообщества.
Что важно учитывать при развитии оценки в сфере культуры?
Следующий вопрос Наталья Сергиевская адресовала Эльвире Гарифулиной, доценту факультета юридической психологии МГППУ: как, с её точки зрения, будет развиваться оценка в области культуры и творчества, какие шаги помогут пройти барьеры и начать лучше понимать друг друга, когда речь идёт об оценке.
Эльвира Гарифулина провела параллель с опытом развития мониторинга и оценки в сфере детства. По её словам, социокультурные проекты сейчас проходят похожий путь, но быстрее. Она отметила как важный факт, что Президентский фонд культурных инициатив сам выносит тему мониторинга и оценки в обсуждение и признаёт сложность оценки творческих и культурных проектов.
Цитата: «Существенный сдвиг произойдёт после того, как сами заявители, победители конкурса ПФКИ поймут, в чём смысл и полезность мониторинга и оценки для них самих» — отметила Эльвира Гарифулина.
Она подчеркнула, что без общения с теми, кто работает «в поле», невозможно нащупать рабочие блоки показателей.
Эльвира Гарифулина привела пример: охват и виды услуг посчитать относительно просто, но сложнее понять, какие сдвиги происходят благодаря посещению культурных мероприятий и знакомству с продуктами проекта. Поэтому важно делиться реальными кейсами: что сработало, что не сработало, какие инструменты оказались рабочими, а какие нет.
Отдельно она сказала о связи оценки и мониторинга: если данные не собирались заранее, потом трудно оценивать изменения. Поэтому, по её словам, культура оценки должна становиться частью управления проектом и организацией.
Можно ли оценивать культуру?
Наталья Сергиевская передала слово Валерию Федорову и сформулировала вопрос о том, можно ли оценивать культуру.
Валерий Федоров представил данные всероссийских репрезентативных телефонных опросов ВЦИОМ. Он показал, что «возрождение культуры и духовности» вошло в первую четвёрку ответов на вопрос о том, что сейчас прежде всего нужно России: этот вариант выбрали 31% респондентов.
Он также привёл данные об оценке состояния отечественной культуры. По результатам опроса, 41% считают, что отечественная культура развивается, а 31% — что находится в упадке. Валерий Федоров отметил изменение динамики по сравнению с 2022 годом, когда соотношение было более негативным.
Говоря об интересе к культуре, он назвал три группы: 38% почти или вообще не интересуются культурой и искусством, 46% интересуются время от времени, 15% регулярно посещают театры, филармонии, галереи и другие культурные пространства.
Затем он перешёл к теме ценностей. По его словам, при оценке социокультурных проектов важны факторы воздействия на людей. Он напомнил о традиционных духовно-нравственных ценностях и сообщил, что среди них лидерство сохраняет крепкая семья: её назвали наиболее важной для себя 68% респондентов.
Где проходит граница между культурой и креативными индустриями?
После презентации Наталья Сергиевская задала Валерию Федорову вопрос о границах культуры и креативных индустрий. Она привела пример со студентами: когда их спрашивают, сколько они тратят на культуру, они называют небольшую сумму, но после учёта подписок, интернет-сервисов и другого цифрового потребления расходы оказываются значительно выше.
Валерий Федоров ответил, что креативные индустрии — новое понятие для обычных людей, но сконструировано оно достаточно удачно. По его словам, слово «креативность» уже давно вошло в оборот и связывается с творчеством, а «индустрия» — с экономикой, деньгами, ВВП и доходами.
Он сформулировал, как это различение видят люди: «вектор — это культура, которая приносит деньги». Если культура деньги поглощает, а не приносит, то, по его словам, у людей складывается представление, что это уже не креативная индустрия.
Что помогает запускать оценку и развивать системный подход?
Наталья Сергиевская обратилась к Артёму Шадрину с вопросом о том, что оказалось главным при выстраивании политики развития в области НКО: регулирование, финансовая система или другие механизмы.
Артём Шадрин начал с механизмов поддержки. Он сказал, что оценка является одним из критериев грантовых конкурсов, а если смотреть шире, важна устойчивость организаций культуры. По его словам, проектное финансирование в идеальной конструкции должно сочетаться с другими системными механизмами поддержки.
Он привёл пример Пушкинской карты как механизма, который позволяет потребителю выбирать музеи и театры и тем самым поддерживает востребованные площадки. Затем предложил смотреть на проекты через несколько направлений: развитие организаций культуры, поддержка профессиональных и волонтёрских сообществ, работа с аудиторией и её вовлечением.
Артём Шадрин также говорил о проекции культурных проектов на город и регион. Сильный музей, театр или кластер креативных индустрий может быть фактором туристической привлекательности, гордости за город и условий для удержания или привлечения людей.
Должен ли ПФКИ заниматься инфраструктурной работой?
После ответа Артёма Шадрина Наталья Сергиевская обратилась к Игорю Соболеву с вопросом, готов ли Президентский фонд культурных инициатив заниматься такими системными программами.
Игорь Соболев ответил, что важно разделять цели и задачи разных институтов развития. По его словам, для ПФКИ инфраструктурная работа не является целью. Фонд создан для поддержки проектов в сфере культуры, искусства и креативных индустрий, чтобы творческие люди могли реализовать свою идею или мечту и донести ценности и смыслы до публики.
«Мы созданы для того, чтобы творческие люди могли реализовать свою творческую идею или творческую мечту, доставив творческой деятельности ценности и смыслы в адрес публики. Вот для чего мы созданы. Этим исчерпывается наша миссия» — отметил Игорь Соболев.
Он специально развёл миссию ПФКИ и Фонда президентских грантов. По его словам, Фонд президентских грантов в большей степени нацелен на развитие сектора НКО, а ПФКИ поддерживает проекты. Для ПФКИ, как он сказал, не является проблемой, если одна и та же команда реализует несколько проектов: если команда научилась делать востребованный проект, который несёт нужный заряд для российских граждан, это хорошо.
Как отследить динамику формирования ценностей в короткий срок?
Один из вопросов от участников касался того, что процесс формирования ценностей растянут и часто выходит за рамки периода реализации проекта. Наталья Сергиевская спросила, можно ли и нужно ли отслеживать такую динамику в краткосрочный период и интересует ли это фонд, социологов и других доноров.
Игорь Соболев ответил, что всё зависит от задач, которые ставит перед собой команда. Если организация планирует долгосрочную деятельность, связанную со своей творческой идеей, тогда нужны измерения «от года к году», чтобы правильно настраивать работу с точки зрения передачи ценностей.
Он привёл пример проекта, где оркестр Мариинского театра должен был приехать в города и посёлки, связанные с великими композиторами. В проект закладывалась ценность исторической памяти и преемственности поколений. Игорь Соболев отметил, что публика может считать эту ценность, а может считать другие — например, жизнь или достоинство. Поэтому команда должна понимать, считывается ли выбранная ценность через конкретную форму творческой деятельности, и при необходимости менять настройку проекта или выбор ценностей.
Мария Певная продолжила эту мысль через понятие интуитивного проектирования.
«Творческие люди, творческие команды чётко понимают, что они делают, и делают это достаточно результативно, потому что они признанные, потому что их любит зритель. Но очень часто они не всегда могут выразить словами в тексте то, что они делают, как они делают и с каким результатом. Когда в этот процесс включается социолог или специалист по оценке, начинается осмысление и упорядочение этого интуитивного проектирования».
Валерий Федоров привёл пример сериала «Слово пацана». Он рассказал, что вокруг сериала было много дискуссий о ценностях и возможном влиянии на подростков. По его словам, опасения проверялись через фокус-группы ещё в процессе производства: фиксировались реакции, мысли, эмоции и возможные импульсы к действию. Валерий Федоров сказал, что у зрителей возникали другие реакции, чем ожидали критики: сериал работал как «прививка памятью» о страшных годах и эпизодах.
Можно ли назвать единые и универсальные критерии оценки?
В финальной части дискуссии Наталья Сергиевская задала вопрос, который, по её словам, повторяется на разных мероприятиях: можно ли назвать единые универсальные критерии оценки, на которые будут опираться при принятии решений.
Эльвира Гарифулина предложила разделять критерии конкурсного отбора проектов и критерии оценки уже реализуемого или реализованного проекта. Для заявителей она сформулировала практическую рекомендацию: внимательно читать положение и условия конкурса, чтобы понимать, насколько замысел действительно соответствует рамке поддержки.
Она также говорила о ценностях: важно выбирать ту ценность, которая действительно отражается в проекте и принимается авторами. По её словам, искусственность всё равно будет считываться, а команде потом придётся реализовывать то, что было красиво написано в заявке.
Мария Певная отметила, что важно чётко задавать вопросы и делать это в коллективном обсуждении. Чем понятнее вопрос, тем лучше будет результат оценки.
Эльвира Гарифулина добавила, что организациям важно быть открытыми и любознательными: смотреть, кто что делает в этой области, где есть возможности, какие материалы уже доступны. Она отметила, что доноры и государство с этой дороги уже не свернут, поэтому организациям нужно учиться видеть в оценке источник развития.
Артём Шадрин предложил различать творческие конкурсы и более комплексные организационные проекты: фестивали, форумы, образовательные программы, школы искусств. Для разных типов проектов, по его мнению, могут быть нужны более детальные рекомендации и показатели, которые помогут заявителям не изобретать велосипед.
Игорь Соболев поддержал идею библиотек результатов и показателей, применимых к разным типам и масштабам проектов. Он подчеркнул, что речь скорее не о критериях «на входе», а об оценке формирования результата проекта и подходов самой команды к его измерению. В завершение он связал развитие оценки с переходом от государства-мецената к государству-инвестору в культурной политике: государство начинает интересоваться воздействием культурных инициатив на граждан, а значит, авторам проектов важно учиться планировать и измерять результаты, воздействие и влияние.
Артём Шадрин добавил пример показателя, связанного с сохранением результатов проекта: публичность, воспроизводимость и возможность использования материалов другими мастерами в профессиональной деятельности. Наталья Сергиевская отметила, что такой инструмент применим не везде из-за авторских прав, но для продуктов, которые создаются с нуля и имеют ограниченное число участников, он может быть полезным.