КЕЙС: «СЦЕНА БУДУЩЕГО»

В двух словах
Как «страховочный трос» между мэтром и дебютантом обеспечивает 100% попадание в ценности

О проекте

Проект «Сцена будущего», которому уже шесть лет, создавался, чтобы решить главную проблему вхождения молодых театральных режиссеров в профессию. При поддержке Президентского фонда культурных инициатив АНО «Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры» организовала три режиссерские лаборатории в трёх городах:

  1. Минусинск (Красноярский край) — наставник Алексей Песегов, Минусинский драматический театр.

  2. Севастополь — наставник Григорий Лифанов, Севастопольский академический русский драматический театр имени А.В. Луначарского.

  3. Екатеринбург — наставник Георгий Исаакян, Свердловский государственный академический театр музыкальной комедии.

Механика проекта. Молодые режиссёры со всей России подают заявки на участие в лабораториях по одной из предложенных тем. Наставник отбирает 6–10 перспективных заявок, проводит с авторами подробный разбор и доработку эскизов. Затем финалисты представляют свои проекты на суд театральной дирекции и актёров. Театр выбирает победителя, который получает возможность поставить полноценный спектакль на профессиональной сцене. Наставник сопровождает режиссёра на всех этапах — от первых эскизов до премьеры. Как говорит арт-директор проекта Ольга Гошна, это «страховочный трос» для дебютанта. По ее словам, уникальность формата в том, что лаборатория не заканчивается показом эскизов. Спектакли входят в репертуар театров и живут долгие годы. За шесть лет существования проекта ни один спектакль не сорвался — все победители дошли до премьеры.


Что оценивали

Оценка была сосредоточена на двух аспектах:

  1. Проведение ценностей — насколько проект обеспечивает продвижение заявленных в ПФКИ ценностей: «Приоритет духовного над материальным» и «Историческая память и преемственность поколений».

  2. Влияние на участников — насколько участие в лабораториях меняет молодых режиссёров, помогает им профессионально расти и осознавать ценностное измерение своей работы.

Особый акцент был сделан на согласованности (конгруэнтности) между ценностями, заложенными в заявке, личными ценностями наставников и победителей, а также смыслами, зашитыми в финальных спектаклях.

Как оценивали

Главным методологическим принципом стала триангуляция — сопоставление данных от трёх ключевых групп: организаторов, наставников и участников. Оценка проводилась на всех этапах проекта.

Этап 1. Подготовка проекта

  • Анализ документации — изучение положения о конкурсе на предмет ценностного наполнения.

  • Опрос наставников о структуре их личных ценностей.

  • Анализ заявочных тем — в каждом городе участникам предлагались темы, связанные с ценностями (в Екатеринбурге — «классика» и «история Отечества»; в Минусинске — «классика», «фольклор», «современная литература/история Отечества»).

Этап 2. Реализация проекта

  • Глубинные интервью с финалистами (все 18 человек). 

  • Анализ аргументации наставников и членов жюри при выборе победителя.

  • Сопоставление ценностных профилей наставников, финалистов и победителей.

Этап 3. Влияние

  • Опрос участников о том, что они вынесли из проекта, как изменилось их понимание профессии.

  • Анализ осознанности — понимают ли участники, по каким критериям их оценивали.

Главная методологическая находка: в Екатеринбурге оценщик смог лично присутствовать на защитах, что позволило «снять» ценностное наполнение в реальном времени. В Минусинске и Севастополе доступа к видеозаписям не было, поэтому оценка там оказалась ограниченной.

Что показали результаты

Подготовка: ценности зашиты на старте

Организаторы заложили ценности уже в объявлении о приеме заявок. В Екатеринбурге участникам предлагалось выбрать одну из двух тем: «классика» или «история Отечества». Кроме того, наставники интуитивно отсеивали на предварительном этапе режиссёров, для которых материальное превалирует над духовным.

Пример. Екатеринбург: 100% совпадение

В Екатеринбурге оценка показала полное попадание в заявленные ценности. Почему это произошло? Сергей Пархоменко, эксперт партнерства ЯККИ, который проводил оценку проекта объясняет: «Личный профиль руководителя лаборатории в Екатеринбурге Георгия Георгиевича Исаакяна практически на 100% совпал с личным ценностным профилем победителя. Это тонкие флюиды, когда люди чувствуют друг друга».

Победитель обеспечил проведение обеих ценностей:

  • Лично для него «приоритет духовного над материальным» — основополагающая ценность.

  • В его спектакле зашита «историческая память и преемственность поколений» — постановка посвящена периоду Великой Отечественной войны, взаимоотношениям советского летчика и представительницы эскимосской общины на аэродроме, где перегоняли американские самолеты для борьбы с фашизмом.

При этом в Екатеринбурге не было формальных критериев оценки по ценностям. Наставники работали интуитивно. Однако благодаря совпадению личных ценностных профилей отбор прошёл безошибочно. «Это обеспечило 100%-е совпадение того, что было заявлено ПФКИ, и того, что мы получили в итоге», — подчеркивает Пархоменко.

Пример. Севастополь: совпадение с мэтром, но не с проектом

В Севастополе ситуация оказалась иной. Победитель соответствовал ценностям наставника, но не ценностям проекта. Это показало, что без осознанного внедрения критериев даже талантливый наставник может выбрать не того победителя с точки зрения задач грантодателя.

Влияние на участников: обратная связь — главное, но не системное

Почти все участники отметили, что самым полезным в лаборатории стала обратная связь от наставников. Однако эта связь была несистемной — она возникала либо на презентациях, либо когда участники сами обращались к наставникам вне рамок лаборатории.

При этом 5 из 6 финалистов в Екатеринбурге заявили, что внесут изменения в свою профессиональную деятельность после осмысления полученного опыта.

Что не удалось и что стало неожиданностью

  • Ни один участник не указал на проведение ценностей как критерий оценки. Хотя как минимум половина спектаклей транслировала «историческую память», режиссёры не осознавали, что их оценивают еще и за это. Только половина финалистов понимала, что в фокусе внимания были истории, лежащие в основе спектаклей. И лишь треть догадывалась о соответствии репертуару театра как критерии.

  • 100% попадание в ценности в Екатеринбурге при полном отсутствии формальных критериев — исключительно благодаря совпадению личных ценностных профилей наставника и победителя.


Выводы и рекомендации

Оценка показала, что самое эффективное — зашивать ценности в проект с самого начала (в объявлении о конкурсе, в темах заявок). Но этого недостаточно. Чтобы результаты были воспроизводимыми, необходимы формализованные критерии и системная работа с наставниками и участниками.

«Первый шаг к коммуникации через театр начинается с отбора ключевых людей — режиссёров. Если изначально в объявлении зашиты ценности, если наставник — носитель этих ценностей, и если он чувствует молодого режиссёра как своего единомышленника, результат будет стопроцентным. Но чтобы гарантировать его не в одном, а во всех городах, нужны системные критерии. Интуиция — это прекрасно, но она не воспроизводится». —  считает Сергеем Пархоменко.